|  HOME  |  GALLERY | ARTISTS | SHOP | ARTICLES | EVENTS | FILMS | ORDER | LINKS | CONTACT | 
Igor Metelitsin Gallery
  ARTICLES  

« Back   
СТРАСТИ ПО АНТИКВАРИАТУ

«Контроль Стиля» февраль 2004

Игорь Метелицын, генеральный директор восточно-европейского отделения компании «London Contemporary Art»:

Как только у граждан России опять появились деньги, наряду с предметами роскоши огромным спросом стала пользоваться антикварная живопись. Существует несколько причин того, что из всех трех сегментов арт-рынка, представляющего антикварное, концептуальное и коммерческое искусство, ажиотаж возник именно вокруг полотен старых мастеров.

 

В общемировое цивилизованное пространство россияне пришли с целым набором «родимых пятен», которые то и дело проглядывают из-за белых фраков и воротничков. Одним из таких «пятен» можно считать полную безграмотность новой отечественной буржуазии относительно всего, что касается законов международного арт-рынка. И если с объективностью прайсов на мерседесы или дорогую итальянскую мебель уже разобрались, то с живописью пока дело обстоит иначе.
Мы слишком долго жили в стране, где «съездить по делу в Париж», звучало все равно как «слетать на Луну». Перспектива же привезти из такой поездки арт мирового уровня могла рассматриваться только первыми лицами государства и их ближайшими соратниками. На выставки импрессионистов «эстеты из Саратова» и других отечественных мегаполисов съезжались в столицу из бескорыстной любви к искусству. Чтобы на обратном пути, уплетая традиционную вареную курицу, рассказывать соседям по купе, что своими глазами видели шедевры Мане, Дега, Тулуз-Лотрека и прочих знаменитых иностранцев. О том, чтобы заполучить эти картины в личное пользование и речи быть не могло! Ну попробуйте представить себе скромного советского служащего, даже такого богатого и подлого, как подпольный миллионер Корейко, который бы на досуге предавался размышлениям - повесить ли ему Сезанна на стену, подарить ли любовнице, или выгодно перепродать?
После падения «железного занавеса» граждане 16 части суши, у которых более полувека отсутствовал опыт покупки произведений искусства в цивилизованном пространстве, не сговариваясь, решили, что «старое» - значит «дорогое». Логика нового русского, решившего украсить особняк шедеврами, выглядит примерно так: «Картина должна нравится лично мне. Я должен быть уверен, что это - шедевр. А раз это шедевр, он должен дорого стоить».
Если мне скажут, что эти люди покупали работы за сотни тысяч долларов лишь потому, что они им нравились намного больше, чем картины современных авторов, я не поверю. Покупали имя!
- Вот вы, извините, я вижу у вас маленький пейзаж Шишкина - не очень хороший, но он стоил вам «кучу» денег, следовательно, не будем лукавить, вы инвестируете деньги в предметы искусства! Но только имейте ввиду, что за эту работу вы заплатили в 50 раз дороже ее реальной стоимости! Уважаемые читатели «КС», погодите швыряться деньгами, надо усвоить главное.

Территория «трех граций»

В период изолированности от остального мира, когда мы и понятия не имели о том, как развивалось современное искусство, был создан международный арт рынок, который вот уже несколько десятилетий живет по своим жестким законам. И на этом рынке царят «три грации» - цена (сколько стоит), инвестмент (можно ли это продать), и ликвидность (можно ли на этом не потерять денег, а, наоборот, заработать).
Реальным институтом цены для антикварной живописи считаются продажи на респектабельных аукционах «Сотбис», «Кристи», «Филлипс», «Бохомс». На сегодняшний день выставляемая там цена на товар объективна и подкреплена котировкой его акций на международной «арт-бирже».
Российский же рынок искусства, формируясь, опирался прежде всего на русское отделение «Сотбис» в Лондоне, где в один прекрасный момент цены стали расти как «на дрожжах». Сегодня русская антикварная живопись имеет в основном российского потребителя. А как только появляется группа этнических покупателей, цена на произведения искусства из объективной становится «относительно объективной».
Институт цены объективен лишь в том случае если вещь, перемещаясь через границу, практически не дешевеет. Сегодня в Японии, Швеции, Германии, Франции, Англии, США цены на Матиса, Гогена, Рембрандта, Кандинского одинаковы и выглядят как многозначные цифры с шестью нулями. Поскольку подавляющему большинству наших любителей искусства такие финансовые масштабы не «по зубам», свое эго они удовлетворяют покупкой национальных шедевров. И хотя цены на эти работы на мировом рынке несравнимо ниже, чем на вышеперечисленных топ-мастеров, объективными они не являются, поскольку ориентированы исключительно на обуреваемых коллекционным зудом покупателей из России. Но поскольку ни японцев, ни американцев «наше все» абсолютно не интересует, а русские уверены, что дешевле такая роскошь стоить не может, то претензий относительно беспредельных цен на русский антиквариат высказывать некому.
В 1989 году на лондонском «Сотбис» Кандинский стоил 3 миллиона долларов США, в 1995 г. – 2 миллиона, а в 2000 г. – опять 5,5 миллионов! Объективная система цен работает по законам биржи и зависит только от состояния экономики. Теперь берем Айвазовского. В 1989 году – 40 тысяч, 1991 – 40 тысяч, 1996 – 800 тысяч! Где такое может быть? Только на замкнутом этническом рынке!
И тут, надо сказать, дело не в том, что именно мы, русские, такие «лохи». У каждой нации есть свои шишкины, которые имеют оригинальную цену лишь для американского, японского или китайского потребителя. Остальному миру эти произведения трудно всучить и за бесплатно. Но какой-нибудь янки- миллионер роняет скупую слезу, созерцая некого художника Смита и его полотно «Индейцы на отдыхе», за которое на аукционе выложил пару миллионов, стараясь не уступить толстому господину с соседней улицы. По ментальности Америка и Россия две самые близкие страны. Так что в плане «швырнуть состояние за «наше все» мы друг другу не уступаем.

Особенности национального собирательства

Как вы полагаете, почему русское искусство продается с аукциона в Лондоне, а не в Москве и Санкт-Петербурге? Очень просто - при ввозе арта в цивилизованные страны он не облагается налогом. А как доставить его в Россию, если при пересечении границы ты должен заплатить сумасшедший 30%-й налог? А недавно я разговаривал с директором Эрмитажа Михаилом Пиотровским. Смотрите, говорю, какая у вас проблема: Эрмитаж входит в число лучших музеев мира, но в отличие от Лувра и Метрополитена не имеет современной коллекции! Более того, у вас нет денег чтобы ее создать, поскольку цены выросли так, что картины современных гениев стоят миллионы долларов! Но ведь есть схема по которой американцы создали Метрополитен: они освободили людей от налогов. И не важно как человек купил это произведение искусства – за кэш или как-то еще, он - его владелец! Объективно работа стоит 3 миллиона долларов, а он, допустим, приобрел ее за другую сумму. Например, ему ее за долги отдали – за один миллион. Он дарит картину музею. И так как реальная цена шедевра 3 миллиона, этот уважаемый мизантроп платит налог 1,5 миллиона, а 500 тысяч выигрывает! Американцы мудро поставили во главу угла работоспособную схему, и люди, стремясь уйти от налогов, безумно дорогие работы бесплатно отдавали музею. И вот пожалуйста - за 100 лет Америка, страна нуворишей умудрилась собрать потрясающую коллекцию живописи!
Только представьте себе, если бы Потанину или Рабиновичу или Абрамовичу сказали: «Знаешь, дружок, не давай-ка ты денег на реконструкцию Эрмитажа, все равно «свистнут» половину, а лучше поезжай на аукцион и купи нам миллионов на 50 долларов живописи! А уж мы этот «полтинник» налогами с тебя в этом году спишем».
Вот я посоветовал Пиотровскому: «Вы же советник президента! Подскажите человеку идею, может, ему такое и в голову не приходило»!

Концептуальное и коммерческое

В остальных сегментах арт-рынка – коммерческом и концептуальном работают те же три правила приобретения: институты цены, инвестмента и ликвидности. Их необходимо соблюдать так же, как и «четыре правила покупки нефти» или «два правила покупки презервативов», игнорировать которые никому не приходит в голову.
Концептуальных галерей в тысячи раз меньше, чем коммерческих. Само определение авангарда означает, что этим занимается очень ограниченное количество художников и дилеров. Для того чтобы продвигать авангардного художника и не стать посмешищем для окружающих, нужно иметь собственное громкое имя. Эрнст Неизвестный в статье «Гений на рынке искусства» говорит об этом примерно так: «Если на улице в Сохо валяется мешок с мусором – это просто мешок с мусором. Но если вы его занесли в галерею Лео Кастелли, это уже объект концептуального арта, и он стоит больших денег»!




Facebook Twitter Google Digg Reddit LinkedIn Pinterest StumbleUpon Email


  
MAJOR ARTISTS
NAUMOVA LARISSA / ЛАРИСА НАУМОВА
MESHBERG LEV / ЛЕВ МЕЖБЕРГ
CHEMIAKIN MIHAIL / ШЕМЯКИН МИХАИЛ
KHAMDAMOV RUSTAM / РУСТАМ ХАМДАМОВ
TSELKOV OLEG / ЦЕЛКОВ ОЛЕГ
KUPER YURI / ЮРИЙ КУПЕР
PLAVINSKY DMITRY / ДМИТРИЙ ПЛАВИНСКИЙ
NAZARENKO TATYANA /ТАТЬЯНА НАЗАРЕНКО
NESTEROVA NATALYA / НАТАЛЬЯ НЕСТЕРОВА
DULFAN LUCIEN / ЛЮСЬЕН ДЮЛЬФАН
TULPANOFF IGOR / ИГОРЬ ТЮЛЬПАНОВ
BERBER MERSAD / МЕРСАД БЕРБЕР
POPOVICH DIMITRY / ДИМИТРИЙ ПОПОВИЧ
SHULZHENKO VASILY / ВАСИЛИЙ ШУЛЬЖЕНКО
BULGAKOVA OLGA / ОЛЬГА БУЛГАКОВА
SITNIKOV ALEXANDER / АЛЕКСАНДР СИТНИКОВ
SHERSTIUK SERGEY / СЕРГЕЙ ШЕРСТЮК
GETA SERGEY / СЕРГЕЙ ГЕТА
ODNORALOV MIKHAIL / МИХАИЛ ОДНОРАЛОВ

EMERGING ARTISTS
KUZNETSOV ANTON / АНТОН КУЗНЕЦОВ
VALUEVA SVETLANA / СВЕТЛАНА ВАЛУЕВА
MINNIBAEVA OLGA / ОЛЬГА МИННИБАЕВА

CORPORATE ART
ROY FAIRCHILD-WOODARD
GARY BENFIELD
JANET TREBY
LEO McDOWELL
FELIX MAS

MISCELLANY
BELLE ANDREY/АНДРЕЙ БЕЛЛЕ
SHERBAUM PAVEL/ПАВЕЛ ШЕРБАУМ
TSRIMOV RUSLAN/РУСЛАН ЦРИМОВ
YAN TATYANA/ТАТЬЯНА ЯН
ALEKSEEV DMITRIY/ДМИТРИЙ АЛЕКСЕЕВ
KAMENNOY SERGEY/СЕРГЕЙ КАМЕННОЙ

FOTO GALLERY

Exhibition


PICTURE OF THE MOMENT
  » Nov 21, 2017  




MAILING LIST

Join Our Free Newsletter
NAME  
EMAIL  
We never SPAM   



SEARCH
 
 


 |  HOME  |  GALLERY | ARTISTS | SHOP | ARTICLES | EVENTS | FILMS | ORDER | LINKS | CONTACT | 
All rights reserved.
Powered by ArtWebSpace.com | login